источник: | http://www.nneformat.ru/archive/?id=1525 |
дата: | январь 1996 |
издание: | Нашъ Драйвъ № 2 |
текст: | Ирина Дубравина |
фото: | |
см. также: | Изображения |
источник: | http://www.nneformat.ru/archive/?id=1525 |
дата: | январь 1996 |
издание: | Нашъ Драйвъ № 2 |
текст: | Ирина Дубравина |
фото: | |
см. также: | Изображения |
«Ниоткуда»: — Как насчет сегодняшнего концерта?
Егор Летов: — Нормально, все отлично. Все концерты у нас так проходят... Надо сказать, что в Питере публика еще более-менее скромная, не то, что в Москве. Там на наших концертах драки, огромные погромы...
«Нашъ Драйвъ»: — Ты играешь музыку? Ее можно назвать так?
ЕЛ: — Нет, ни в коем случае. Мы не играем рок, а тем более это не музыка, не искусство. Мы создаем прецедент того, как нужно действовать в любой ситуации, в течение всего времени. В 1985 году были одни методы борьбы — то есть, был грязный звук, какой-то самопальный. Сейчас другие методы борьбы, они каждый раз меняются... Мы из тех людей, которые создают правила игры. Мы не играем даже по собственным правилам, не играем...
ЪЪ: — Егор, расскажи пожалуйста, о твоем новом альбоме.
ЕЛ: — Он не закончен, а поэтому я, как человек суеверный, не люблю говорить, пока не доведу до конца. Два больших альбома будет, видимо... Один будет называться «Солнцеворот», другой «Новый День».
ЪЪ: — Они будут посвящены политическим событиям?
ЕЛ: — «Новый День», видимо, будет политическим альбомом, но дело в том, что у нас нет прямой политики, мы больше метафизики, чем политики. Второй альбом будет более философский, наверное... Тяжелый, в общем!
Н: — Ваши планы на ближайшее время?
ЕЛ: — Нужно домой ехать, записываться. Надо закончить альбом, дело в том, что они еще чуть-чуть не готовы. Если бы не эти концерты, мы бы с удовольствием сидели и работали над ними. А так мы с удовольствием играем там, куда нас приглашают...
ЪЪ: — Хотелось бы побольше узнать о том, что случилось с Александром Башлачёвым? Твоя версия?
ЕЛ: — Не знаю, я же его не знал лично... У нас было шапочное знакомство... Один раз только поговорили с ним...
ЪЪ: — Кто твои слушатели?
ЕЛ: — Разная публика: нас слушают даже какие-то анпиловские бабушки, совершенно безумные панки, дети какие-то. Мы, наверное, больше молодежные...
Н: — Тебе что-нибудь нравится из современной музыки?
ЕЛ: — Нет, мне нравится эстрада 60-70 гг. Советская. Из западного — 60-е годы.
ЪЪ: — Что такое для тебя «рок»?
ЕЛ: — Считаю, что рок — это форма народной музыки. Я очень редко слушаю группы, считаю, что только пока группы подпольные, неизвестные, только тогда это рок-группы. Мы занимаемся рок-революцией. Рок — это как бы форма революции. Он имеет смысл, когда с помощью него можно что-то изменить.
ЪЪ: — Егор, в последнее время у тебя в альбомах прослеживаются фольклорные оттенки...
ЕЛ: — У меня всегда была тяга к фольклору. Мы, в принципе, и занимаемся современным фольклором.
Н: — Что ты больше всего ненавидишь в жизни?
ЕЛ: — Обывателей.
Н: — А что любишь больше всего?
ЕЛ: — Войну. Я считаю, что война — это нормальное состояние человеческого общества. Война как принцип жизни и творчества. Это преодоление себя. Преодоление своей косности, тупости, лени и эгоизма.
ЪЪ: — Егор, что ты ценишь в людях?
ЕЛ: — Смелость. Я ценю то, что даже словами назвать невозможно. Это ни в какие рамки не лезет.
Интервью: Ирина ДУБРАВИНА
(В данном фрагменте представлены НЕПОЛИТИЧЕСКИЕ вопросы, заданные Егору питерскими музыкальными газетами. Ред.)